Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

ЖУК В МУРАВЕЙНИКЕ

   — Ядвига Михайловна, — сказал Максим, — извините, ради бога, что я отрываю вас от работы. Меня зовут, Максим Каммерер, я журналист, пишу книгу о вашем бывшем пациенте, о Льве Вячеславовиче Абалкине. Я надеялся, что, может быть, вы что-нибудь расскажете мне.

   Ядвига Михайловна прищурилась, вспоминая, и сдвинула соболиные брови.

   — Лев Абалкин?.. Лева Абалкин… Простите, как вы себя назвали?

   — Максим Каммерер.

   — Простите. Максим, я не совсем поняла. Вы выступаете от себя лично или как представитель какой-то организации?

   — Да как вам сказать… Я, разумеется, договорился с издательством, они там заинтересовались…

   — Но вы-то сами — просто журналист или все-таки работаете где-нибудь? Не бывает же такой должности — журналист…

   Максим почтительно хихикнул, лихорадочно соображая, как быть.

   — Видите ли, Ядвига Михайловна, это довольно трудно сформулировать… Основная профессия у меня. Н-ну, пожалуй, прогрессор… Хотя, когда я начинал работать, такого термина вообще еще не существовало. В недалеком прошлом я — сотрудник КОМКОНа… да и сейчас связан с ним в известном смысле…

   — Ушли на вольные хлеба, — сказала Ядвига Михайловна. Она по-прежнему улыбалась, но теперь в ее улыбке не хватало кое-чего очень важного и в то же время весьма обычного — самой обыкновенной доброжелательности.

   — Вы знаете, Максим, — сказала она, — я с удовольствием поговорю с вами о Леве Абалкине, но, с вашего позволения через некоторое время. Давайте, я вам позвоню… скажем, через час-полтора.

   — Ну разумеется, — сказал Максим. — Как вам будет удобно…

   — Извините меня, пожалуйста.

   — Напротив, это вы должны меня извинить…

   Изображение на экране исчезло. Максим рассеянно перебросил несколько листков в папке, лежащей перед ним на столе.

   — Надо же, какой странный получился разговор, — подумал он вслух. — Она словно узнала откуда-то, что я все ей вру, . Пр-роклятая профессия… Ладно, подождем… А пока поищем Майю Глумову.

   Он вызвав информаторий.

   … Так. Майя Тойвовна Глумова. Ага… Она на три года моложе нашего Льва… Историческое отделение Сорбонны.. Ранняя эпоха первой научно-технической революции… потом — история космических исследований. Сын, Тойво Глумов, одиннадцати лет… А вот о муже она никаких сведений на дала… О чудо! Ныне она у нас сотрудник спецфонда Музея внеземных культур… это же в трех кварталах отсюда, на Площади Звезды! .. И живет неподалеку…

   Максим отключил информаторий, откинулся на спинку стула и с удовлетворением потянулся.

   Тут в дверь постучали, и через порог шагнул в кабинет Экселенц. Максим поднялся.

   — Сядь, — строго сказал Экселенц и сам опустился в кресло для посетителей. Максим поспешно сел. — Дай сюда план работы. Максим протянул ему листок, Экселенц быстро проглядел текст и сказал:

   — Плохо.

   — Так уж и плохо, Экселенц…

   — Плохо! Наставник умер. А школьные друзья? У тебя их нет ни одного. А где его однокашники по школе прогрессоров?

   — К сожалению, Экселенц, у него, по-видимому, не было друзей. Во всяком случае — в интернате. А что касается школы прогрессоров…

   — Уволь меня от этих рассуждений. Мне не нравится, что ты отвлекаешься. При чем здесь детский врач, например?

   — Я стараюсь проверить все.

   — У тебя нет времени проверять все. Занимайся архивами, а не беготней.

   — Архивами я тоже займусь, — сказал Максим, начиная злиться, однако побегать мне все равно придется. И я вовсе не считаю, что детский врач — такая уж пустая трата времени.

   — Помолчи, — сказал Экселенц и снова углубился в изучение плана. — Кто такая эта Глумова? — спросил он.

   — Они вместе учились в интернате. Мне кажется, это у него была детская любовь или что-то в этом роде…

   — Ну ладно… — проворчал Экселенц, возвращая листок. — Глумова это хорошо. Если это была детская любовь, то это шанс… И легенда твоя мне нравится. А все остальное — плохо. Ты поверил, что у него не было друзей. Это неверно. Тристан был его другом, хотя ни в каких папках ты не найдешь об этом ни слова. И никто, кроме меня, тебе об этом не рассказал бы. Ищи! Никому не верь на слово, ищи! А Леканову оставь в покое. Это тебе не нужно.

   — Но она же все равно мне позвонит!

   — Не позвонит, — произнес Экселенц холодно.

   Некоторое время они смотрели друг другу в глаза. Потом Максим проговорил:

   — Экселенц. А вам не кажется, что я работал бы гораздо успешнее, если бы знал всю подоплеку?

   Экселенц ответил не сразу.

   — Не знаю. Полагаю, что нет. Все равно я пока не могу ничего сказать тебе. Да и не хочу.

   — Тайна личности? — спросил Максим.

   — Да, — сказал Экселенц. — Тайна личности.

   

   Максим шел по залам Музея внеземных культур мимо странных его экспонатов, похожих не то на абстрактные скульптуры, не то на материализовавшийся бред сумасшедшего эволюциониста. В залах было пусто, только один раз вышел он на двух молоденьких девчушек, которые с молекулярными паяльниками в руках возились в недрах некоего сооружения, более всего напоминающего гигантский моток колючей проволоки. Он попросил у них указаний и вскоре оказался перед дверью с табличкой: «Сектор предметов невыясненного назначения. Кабинет-мастерская. Глумова М. Т.».

   Майя Тойвовна подняла навстречу ему лицо. Красивая, более того очень милая женщина, она глядела на него рассеянно, и даже не на него, а как бы сквозь него, глядела и молчала. На столе перед нею было пусто, только обе руки ее лежали на столе, как будто она их положила перед собой и забыла о них.

   — Прошу прощения, — сказал Максим.- Меня зовут Максим Каммерер.

   — Да. Слушаю вас.

   Это была неправда: не слушала она его. Не слышала она его и не видела. Ей было явно не до него в тот час. Любой приличный человек в такой ситуации должен был бы извиниться и потихоньку уйти. Однако Максим не мог себе этого позволить. Он был помощником Экселенца на работе. Поэтому он уселся в первое попавшееся кресло и, изобразив на лице простодушную приветливость, принялся говорить:


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22


Похожие публикации -
  • АНЕКДОТ ОТ Ст.РУГАЦКОГО
  • Александр Балабченков Время Учеников — 3
  • ПРОГРЕССОР УЛЫБАЛСЯ
  • Ответы на вопросы к «Жуку в муравейнике»
  • ОТЯГОЩЕННЫЕ КОЗЛОМ
  • Оставить комментарий