Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

За стеной

Игорь. Не думаю. Одиночество – почти идеальное состояние. Я пробовал иначе. Скажу тебе честно – по мне, лучше не надо. Все эти брачные узы – своего рода садомазохизм. Просто люди не могут сами с собой, им надо с кем-то непременно бороться, страдать, чтобы обвинять кого-то другого в том, что жизнь идет не так, как хотелось или мечталось… А на самом деле это тоже всего лишь попытка чем-то наполнить жизнь или убежать от страха пустоты. Если заглянуть в семейные тайны, то, уверен, такого насмотришься – мало не покажется. И вообще родовая,  кровная связь – пережиток. Бердяев был прав, отрицая ее ценность ради духовной свободы. Если люди хорошо понимают друг друга, то это не значит, что им непременно нужно искать еще большей близости и жить вместе. Ради чего? Просто это некая инерция, следование традиции: семья, дети… Потом прилаживание друг к другу, быт, страх за детей…
Екатерина. А разве тебе не хочется, чтобы тебя любили? Чтобы рядом был человек, на которого ты всегда можешь положиться… Если не сейчас, то в старости. Увы, нам уже не двадцать и даже не тридцать лет.
Игорь (пожимает плечами). Любили… В том-то и дело, что любовь как-то быстро кончается. Или вырождается во что-то еще,  малопривлекательное. Брак порождает чувство собственности, ревности и обид в нем куда больше, чем прочего, а равнодушие в браке страшнее, чем в обычной жизни.
Екатерина. Ну и ну… Неужели тебя так травмировало? Пожалуй, я должна была бы с этим согласиться после всего, что у меня случилось, но, знаешь, почему-то не хочется. Мои родители прожили вместе около сорока лет, всякое было, но все равно это было хорошо. Правда, маму сильно подкосила смерть отца, но тут уж что поделать?
Игорь. Кстати, и это тоже. Терять близкого человека… В любом случае все, что с браком связано, чревато серьезными осложнениями. Вроде как на первый взгляд неопасная болезнь, а на самом деле…
Екатерина (страстно). Но ведь это и есть жизнь.
Игорь. Разве? Зависеть от другого человека, от его настроения, капризов, желаний, претензий, вообще состояния… Постоянно чувствовать себя виноватым в чем-то. А жизнь, между прочим, всего лишь одна.
Екатерина. Просто ты индивидуалист.
Игорь. Назвать можно как угодно. Да я этого и не отрицаю.
Екатерина (задумчиво). Не знаю… Может, ты и прав. Не привязываться, чтобы не больно было терять. (Пауза.) Ничего я в этой жизни не понимаю.

Действие второе

Сцена первая

Мать Екатерины. Это становится невыносимым. Ты ведешь себя как обиженная девчонка, совершаешь глупые поступки… Зачем ты сказала Васе, что не желаешь его больше видеть? Мужа ты прогнала, сын у тебя в депрессии, теперь ты хочешь поссориться с братом? Это плохо кончится для тебя, вот что я тебе скажу. Гордость – большой порок. За него приходится дорого платить. Если бы у меня зажила нога, я бы тоже давно уехала от тебя.
Екатерина. А по-твоему можно так поступать, да?
Мать Екатерины. Да он не сказал ничего такого…
Екатерина. Ты так считаешь? Положить парня в психиатрическую клинику… Он что, не понимает, что это значит? Да там неизвестно что с ним могут сделать. Начнут пичкать его всеми этими антидепрессантами, так что неизвестно что с ним потом будет.
Мать Екатерины. Так что?
Екатерина. А то, что он бездушный механизм по заколачиванию бабок!
Мать Екатерины. Ты слишком болезненно все воспринимаешь. Может, он как раз хорошего хотел. А потом, мне не кажется, что твои консультации с какими-то знахарками, всеми этими доморощенными психотерапевтами лучше.
Екатерина. Валерик должен сам, своими силами победить это состояние, вот в чем я убеждена. Но эти силы в нем надо активизировать. Обычная медицина действует топорными методами. Лекарства, химия, наркотики… Все это грубо и бесчеловечно. Есть люди, которые умеют иначе. Ираида Прокофьевна лучше кого бы то ни было разбирается в этом. Она считает, что надо как-то преодолеть кармическую блокировку, с которой может быть связано состояние Валерика. Какой-то код неправильно сработал, его надо восстановить и заставить правильно функционировать.
Мать Екатерины. Не понимаю я всей этой тарабарщины. В наше время никто ни про какие «кармы» не думал. Все было по-другому.
Екатерина. Ну, вы вообще железное поколение, гвозди бы из вас делать.
Мать Екатерины. Правильно, чем легче жизнь, тем слабей люди. У нас было много испытаний, куда больше, чем у вас. Ничего, выжили, и трудности научились преодолевать спокойно, без истерик. А у вас на каждом шагу затык. Чуть что – сразу  паника, трагедия. Вы сами виноваты, что дети у вас такие хлипкие. Жить им, видите ли, скучно. И будет скучно, если всё сразу приносят на блюдечке с голубой каемочкой. Вы сами себе все портите, вот что я тебе скажу. Вы и вместе жить не умеете, каждый тянет одеяло на себя. А мы как-то умудрялись быть снисходительными друг к другу, прощать ошибки.
Екатерина. Ну да, личное вы могли простить, зато идеологическое нет.
Мать Екатерины. Ты можешь говорить все что хочешь, если тебе так легче. Только мы с отцом прожили достойную жизнь.
Екатерина. Это на твой взгляд.
Мать Екатерины (резко). Все, я прекращаю этот разговор. (Прихрамывая, гордо удаляется. Перед дверью оборачивается.) В конце концов, ты останешься совсем одна. Никто не захочет с тобой общаться. Удивляюсь, как это еще Игорь не порвал с тобой отношений. Не случайно, однако, что его давно не видно.
Екатерина (раздраженно, с сама собой). Ну вот, опять наговорили друг другу… Как это получается? Не хочешь, даешь себе слово, а потом опять срываешься. Главное, что никому это ничего не дает, все остаются при своем. Нет, люди никогда не поймут по-настоящему друг друга, даже самые близкие. Близкие особенно.

Звонок в дверь. Екатерина. идет открывать, появляется Ираида Прокофьевна, полная, вальяжная женщина с крашеными хной рыжеватыми волосами и румяным лицом..

Ираида Прокофьевна. Ну что, радость моя? Как настроение?
Екатерина. Как вам сказать? Вчера Валерик неожиданно включил магнитофон, чего давно не делал. Правда, он его быстро выключил, но мне кажется, что-то в нем сдвинулось в лучшую сторону. (Стучит по столу.) Боюсь сглазить.
Ираида Прокофьевна (радостно). Вот-вот… Что и требовалось. Ничего, все будет о’кей. Мы еще поработаем с ним. Но я уже говорила вам, что в его ауре были нехорошие, тревожные оттенки, в первый раз я даже испугалась. Но уже после первого сеанса немного успокоилась – у него хорошие задатки, природа хорошая, но уж больно тонок и трепетен. Таким трудней всего в наше грубое сумасшедшее время. Он очень сложный мальчик, его состояние не спишешь только на переходный возраст и на семейный кризис. Сбой произошел на более глубоком уровне, что уже давно было закодировано. В чьем-то роду – вашем или мужа – уже был такой сбой, и он записался в генах. Раньше или позже он бы все равно дал себя знать. А сейчас еще все можно поправить. Так что мы движемся в правильном направлении.
Екатерина. Я вам очень признательна.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14


Похожие публикации:
  • Трудно быть гадкой улиткой на склоне обочины в субботу
  • Екатеринбург готовится к «Аэлите-2012»
  • Андрей Белянин «Демон по вызову»
  • Дэвид Фридман
  • Завершилась конференция по фантастике — «РосКон-2011»

  • Новое на сайте:

    Один комментарий к “За стеной”

    1. Ольгв:

      Уважаемый Евгений!
      Есть предложение по переводу Вашей пьесы на китайский язык. Если Вас это заинтересовало. откликнитесь как можно быстрее. Мой адрес: oibgan@mail.ru.

      С уважением и надеждой на дальнейшее
      сотрудничество — Бганцева.

    Оставить комментарий