Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

Второе Средиземье

    Через десять минут Пелт и Ничипоренко вспотели. (Я только тогда понял, что такое разговор с разведчиком — говорил потом Ничипоренко). А еще через пятнадцать минут они поняли, что сами они от Антона ничего не узнали, зато добровольно рассказали Антону море служебной информации. Когда профессоры переглянулись (что делать?), Антон легко прочитал мысли по их лицам и сказал:

    — Вы, кажется, хотели получить «поток сознания» для психоанализа. Патологии у меня нет, «поток сознания» у разведчика получать бессмысленно. Традиционные приемы психоаналитики с нами не работают.- В здании, кроме вас, еще три психолога санатория, два психолога из Института экспериментальной истории и трое из Уральского медцентра. Не понимаю, почему консилиум назначен на 19 часов, я бы предложил провести в 18 и в присутствии пациента.

    Затем Антон включил видеотелефон и начал, не заглядывая в справочник, обзванивать психологов, называя каждого из них по имени-отчеству, и приглашая начать пораньше. К доктору Эйнхвену он обратился по-немецки а к профессору Лурье — по французски.

    Потом он рассадил пришедших по стульям и начал заседание. Двум недоумевающим институтским психологам он на их тайном языке жестов дал указание помалкивать. Приезжие знали его в лицо только из видеозаписей и потому приняли за ученого секретаря. Позднее выяснилось, что и трое местных узнали Антона только уже сидя на стульях и далеко не сразу.

    В начале своей вводной речи Антон представил собравшимся профессора Лурье, нового члена ученого совета Уральского центра медицинских исследований, специалиста в области психологии опасных профессий, которого все присутствующие прекрасно знают по его научным работам, но еще не все имели честь познакомиться с ним лично. Затем Антон представил профессору всех присутствующих, давая краткую характеристику научным и практическим заслугам каждого. Речь свою Антон щедро украшал медицинскими терминами на латыни.

    Затем, наконец, сказал: «ну а меня вы все, конечно, хорошо знаете, я являюсь вашим пациентом Долгих Антоном Романовичем». Доктор Эйнхевен неожиданно заволновался и на довольно неплохом русском языке сказал, что он, видимо, недостаточно понимает по-русски или не понимает русский юмор и попросил повторить имя и ученое звание уважаемого коллеги. Антон любезно повторил все это по немецком.

    Второй гость, Профессор Лурье по-русски понимал действительно неважно, но во время церемонии знакомства уже обратил внимание на выражения лиц некоторых присутствующих. Остальное он понял из разговора по-немецки.

    Затем Антон кратко изложил историю заболевания пациента, и предложил начать обсуждение, «тщательно учитывая очевидные психологические особенности лиц, профессией которых является агентурная разведка на планетах гумманоидных цивилизаций». — Итак, уважаемые коллеги, кто бы хотел взять слово? —

    Профессор Пелт, который стал жертвой этой психологической авантюры раньше других, раньше других вернулся к своим профессиональным обязанностям и уже понял, что присутствует при крайне интересном событии, проливающем некоторый свет на проблему психологии разведчиков. Когда молчание собравшихся несколько затянулось, он взял слово и сообщил, что, как ему кажется, он и коллеги неготовы к решению основного вопроса повестки дня, как раз ввиду этих самых, как оказалось, совершенно неизученных особенностей лиц, занятых агентурной разведкой. Вот разве что уважаемые коллеги из ИИЭ?

    Мрачные коллеги, которые вдруг как-то сразу заподозрили, что и другие пациенты-разведчики неоднократно водили их за нос, выразились в том духе, что с разведчиками всегда все не просто, потому что они все не простые.

    А недавно самый румяный, а теперь самый пунцовый из присутствующих, врач местного санатория Александр Колышкин срывающимся голосом попросил объяснить, как это уважаемому пациенту стали известны некоторые фразы из истории заболевания, которые он, Александр Колышкин ввел в свой компьютер только что и которые никто знать не мог?

    Простите — удивился Антон — но ведь я же сам по пути сюда попросил у Вас ваш компьютер чтобы зачитать заключение и Вы мне его любезно предоставили — и Антон показал на стоящий на кафедре типовой медицинский ком, который до этого все почему-то принимали за обычный ЭС (электронный секретать) — один из тех, с которыми практически не расстаются студенты и научные работники подвижных специальностей.

    — А откуда Вы всех нас так хорошо знаете? — полюбопытствовал представитель Уральского центра.

    — Я много лет должен был предвидеть, с кем встречусь. Сильные и слабые места, влиятельность, владение языками и оружием. Это почти рефлекс. За месяц не избавишься. Специально к этой встрече я не готовился. Я должен быть всегда готов к любой встрече.

    — То есть Вы хотите сказать, что если я перед приемом пациента — разведчика знакомлюсь с историей моей болезни, то мой пациент знакомится с моим, извините, личным делом? —

    — Необязательно. Ваш пациент может заставить себя этого не делать. Или — он может быть слишком занят.-

    — Почему же Вы себя, извините, не заставили? —

    — Ждать труднее, чем действовать. Чтобы быстрее выздоравливать, я решил вести привычный образ жизни. Но в рамки личной жизни землян я, как правило, заставляю себя не вторгатьться. —

    — Что значит — как правило? —

    — Например, пациент Колупаев был в ссоре женой и это крайне отрицательно сказывалось на его состоянии. Я организовал то что называется «взаимные лестные отзывы через третьих лиц». — добил Антон своих лечащих врачей, гадавших о причинах перепадов настроения у упомянутого больного.

    Разговор в этом духе продолжался тридцать минут. Разговор записывался и после многократно анализировался. Говорят, что фраза «лучше отдыхающий вулкан, чем отдыхающий прогрессор, за работой же они одинаковы» появилась именно тогда. Затем Антон ненавязчиво перевел собравшихся к обсуждению волновавшего его вопроса. Но перед этим он дал пять минут отдохнуть на льстящей собравшимся теме » разведчику трудно избавиться от многолетних привычек и в этом ему надо помочь».

    При анализе записей эта очередная манипуляция выявилась настолько явно, что психологи только развели руками.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


Похожие публикации -
  • ПРОГРЕССОР УЛЫБАЛСЯ
  • ПИКНИК В МУРАВЕЙНИКЕ
  • Александр Балабченков Время Учеников — 3
  • ОТЯГОЩЕННЫЕ КОЗЛОМ
  • Сказание о Вещем Румате
  • Оставить комментарий