Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

МАШИНА ЖЕЛАНИЙ

   — А может быть, это все-таки правда, что здесь… Живут? говорит профессор.

   — Кто? — презрительно бросает проводник.

   — Не знаю… Но есть легенда, будто какие-то люди остались в зоне…

   — Болтовня это, а не легенда, — обрывает его проводник. — никого здесь нет и быть не может. Зона это, понятно? Зона!

   На протяжении этого разговора писатель вертит головой, переводя взгляд с одного на другого. Он все еще бледен, но постепенно успокаивается.

   — Я, конечно, понимаю, — говорит он, — что зона — это именно зона, а не лоно, не два газона и не три, скажем… Э… Бизона… Но на всякий случай я с собой кое-что прихватил.

   — Что прихватил? — проводник уставляется на писателя неподвижным взглядом. — Что ты там еще прихватил, чучело?

   Писатель многозначительно похлопывает себя по заду.

   — Дай сюда, — говорит проводник и протягивает руку

   — Зачем?

   — Дай сюда, говорю!

   Писатель колеблется. Выражение многозначительного превосходства сходит с его лица.

   — В зоне стрелять не в кого, дурак, — говорит проводник. — Дай свою пушку.

   — Не дам, — решительно говорит писатель, но сейчас же добавляет тоном ниже: — мне нужно, понимаете?

   — Понимаю, — говорит проводник неожиданно мягко. — только на самом деле ничего такого тебе там не понадобится. Если долбанет тебя по-настоящему, то ничего тебе уже не поможет. А если прикует тебя или, скажем, прижжет, то я тебя вытащу. Мертвого — да, брошу. Ну, а живого — вытащу. Это я тебе обещаю. Зря денег не беру. Давай.

   Писатель нехотя вытаскивает из заднего кармана крошечный дамский браунинг.

   — Там всего один заряд, — бормочет он. — В стволе.

   — Поня-атно… — проводник выщелкивает патрон и небрежно бросает оружие на шпалы. — В зоне стрелять нельзя, — говорит он поучительно. В зоне не то что стрелять — камень иной раз бросить опасно. А у тебя? — обращается он к профессору.

   Тот берется двумя пальцами за край воротника куртки.

   — У меня на этот случай ампула.. — говорит он виновато.

   — Чего-чего?

   — Ампула зашита. Яд.

   Проводник ошеломлен.

   — Ну-ну, ребята! .. Нет, это… Вы что сюда — помирать пришли? Облегчиться никто не хочет? — он соскакивает на шпалы. — Смотрите, потом, может, и некогда будет. Или негде…

   Он отходит от дрезины и сейчас же скрывается в тумане.

   — А действительно, зачем вы сюда пришли? Модный писатель, вилла… Женщины, наверное, на шею вешаются гроздьями… — профессор смотрит на писателя, высоко задирая брови.

   — Это вам не понять, профессор, — рассеянно отзывается писатель, подбрасывая на ладони складной стаканчик. — есть такое понятие: вдохновение. Так вот: понятие-то у меня есть, а самого вдохновения нет. Иду выпрашивать.

   — То есть вы что же — исписались? — негромко говорит профессор.

   — Что? А, да, то есть у меня его никогда не было. Да это не интересно. А вы?

   Профессор не успевает ответить. Появляется проводник.

   — Скоро пойдем. Укладывайтесь.

Зона

   Тумана больше нет.

   Слева от насыпи расстилается до самого горизонта холмистая равнина, совершенно безжизненная, погруженная в зеленоватые сумерки. А над горизонтом, расплывшись в ясном небе, разгорается спектрально чистое изумрудное зарево — нечеловеческая заря зоны. И вот уже тяжело вываливается из-за черной гряды холмов разорванное на несколько неровных кусков зеленое солнце.

   — Вот за этим я тоже сюда пришел… — сипло произносит писатель.

   Лицо его зеленоватое, как и у профессора. Профессор молчит.

   — Не туда смотрите, — раздается голос проводника. — вы сюда посмотрите.

   Писатель и профессор оборачиваются.

   Справа от насыпи тоже тянется холмистая равнина, вдали виднеются какие-то столбы, торчит искореженная конструкция высоковольтной передачи. Среди холмов видна дорога. Насыпь здесь изгибается широкой дугой, и с того места, где стоят наши герои, хорошо видна голова состава, которым доставлена была сюда когда-то танковая часть.

   Но что-то случилось там, впереди: тепловоз и первые две платформы валяются под откосом, несколько следующих стоят на рельсах наперекосяк — танки с них сползли и валяются на боку и вверх гусеницами на насыпи и под насыпью. Несколько машин удалось, видимо, благополучно спустить под насыпь: видимо, их даже пытались вывести на дорогу, но до дороги они так и не дошли — остались стоять между дорогой и насыпью небольшими группами, пушками в разные стороны, некоторые вросшие в землю по самую башню, некоторые наглухо закупоренные, а некоторые — с настежь распахнутыми люками.

   — А где же… Люди?.. — тихо спрашивает писатель. — там же люди были.

   — Это я тоже каждый раз здесь думаю, — понизив голос, отзывается проводник. — я ведь видел, как они грузились у нас на станции. Я еще мальчишкой был. Тогда все думали, что это пришельцы нас завоевать хотят. Вот и двинули этих… Стратеги… — он сплевывает. — никто ведь не вернулся. Ни одна душа. Углубились. Ну ладно. Значит, общее направление у нас будет вон на тот столб… — он протягивает руку, указывая. — но вы на него не глядите. Вы под ноги глядите. Я вам уже говорил и скажу еще раз. Оба вы — дерьмо. Новички. Без меня вы ничего не стоите, пропадете, как котята. Поэтому я пойду сзади. Идти будем гуськом. Путь прокладывать будете по очереди. Первым пойдет профессор. Я указываю направление — не отклоняться, вам же будет хуже. Бери рюкзак.

   Профессор поднимает на плечи рюкзак.

   — Так, профессор, первое направление — вон тот белый камень. Видишь? Пошел, — приказывает проводник.

   Профессор первым начинает спускаться с насыпи. Отпустив его на пяток шагов, проводник командует.

   — Как тебя… Писатель! Пошел следом!

   И, подождав немного, начинает спускаться сам.

   Зеленое утро зоны закончилось, растворившись в обычном солнечном свете.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13


Похожие публикации -
  • АРКАДИЙ СТРУГАЦКИЙ…
  • Зона
  • УМЕР АРКАДИЙ СТРУГАЦКИЙ…
  • Липецкий писатель стал лауреатом премии Братьев Стругацких
  • Российская писательница-фантаст Ольга Захаровна Жакова
  • Оставить комментарий