Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

МАШИНА ЖЕЛАНИЙ

   — Мы собирали ее с друзьями… С бывшими моими коллегами. Мы решили, что это место надо уничтожить. Я и до сих пор так думаю. Никому никакого счастья оно не принесет. А если попадет в дурные руки… Страшно подумать. Впрочем, теперь я уже не знаю… Они потом стали говорить, что это чудо и надежда, что нельзя убивать чудо и нельзя убивать надежду. Мы поссорились. Только ученые умеют так ссориться. Они спрятали эту мину, но я ее нашел… — он поднимает глаза. — вы понимаете? Я и сейчас совершенно уверен, что все это надо к черту взорвать. Это просто: набрать четыре цифры, и через час… В общем, сюда никто больше никогда не придет…

   Он долго молчит, затем добавляет:

   — И никогда больше на земле не будет такого места.

   — Бедняга… — тихо говорит писатель. — выбрал себе проблемку…

   — Понимаете, это общий принцип, — говорит профессор. — никогда не совершай необратимых действий. Но пока эта язва открыта здесь для всех — ни сна, ни покоя…

   И тут взрывается проводник.

   — Будьте вы прокляты! Какого дьявола я с вами связался? — ревет он. — интеллигенты хреновые! Болтуны! Пошел бы, взял деньги, не знал бы ничего, не думал бы, жил бы припеваючи, как люди живут! Запутали! Душу разъели, паразиты! А как же теперь я? А? Ничего нельзя! Туда нельзя, здесь нельзя… Значит, все зря? Навсегда зря? Никогда, значит, больше ничего?

   Он хватает профессора за плечи.

   — Тогда взрывай ее к чертовой матери! Тогда — никому! Хоть какая-то польза будет!

   Он обхватывает голову и раскачивается. Потом вдруг замирает.

   — Слушай! — хрипло шепчет он в лицо писателю. — ну ладно, я не гожусь… А жена? Ради дочери своей, а? Не я, не я, жена! Она у меня святая, у нее же ничего, кроме мартышки, нет! Жена, а?

   Он кидается к профессору.

   — Нет! Не надо! Нельзя! Не трогай ее! Другой же надежды нет!

   Профессор отстраняет его руки. И писатель и проводник, как завороженные, следят, как профессор с натугой отвинчивает верхнюю часть цилиндра, приподнимает ее, обрывает тянущиеся провода и принимается разбирать, рвать, ломать, далеко вокруг себя разбрасывая деталь за деталью.

   В это время заходит солнце и становится темно.

Опять забегаловка

   В кафе пусто. За стойкой копошится грузный кельнер в грязной куртке. За столиком в углу расселись наши герои — грязные, оборванные, заросшие. Перед каждым — полупустая кружка пива. Писатель разглагольствует: …

   — Я представляю себе это здание в виде гигантского храма. Все, что создало человеческое воображение, фантазия, дерзкая мысль, — все это кирпичи, из которых сложены стены этого храма: философия, книги, полотна, этические теории, трагедии, симфонии… Даже, черт возьми, наиболее смелые, основополагающие научные идеи. Так уж и быть… А вот вся эта ваша технология, домны, урожаи, вся эта маята-суета тдля того, чтобы можно было меньше работать и больше жрать, — все это леса, стропила… Они, конечно, необходимы для построения храма, без них храм был бы совершенно невозможен, но они опадают, осыпаются, возводятся снова, сначала деревянные, потом каменные, стальные, пластмассовые, наконец, но всего-навсего стропила для построения великого храма культуры, этой великой и бесконечной цели человечества. Все умирает, все забывается, все исчезает, остается только этот храм… Честно говоря, человечество вообще-то существует лишь затем…

   Профессор отхлебывает из кружки и брюзжит:

   — И вы что, беретесь ответить, зачем существует человечество?

   — Не перебивайте, — бросает писатель. — это невежливо. Лишь затем, — продолжает он, — чтобы производить произведения искусства! Образы абсолютной истины. Это, по крайней мере, бескорыстно…

   Пауза.

   Писатель неожиданно ухмыляется:

   — Шутка, — добавляет он, почти смущенно. — пиво здесь… Разве это пиво? Давайте еще по одной, что ли?

   — У меня денег больше нет, — говорит профессор.

   — И у меня нет, — упавшим голосом сообщает писатель.

   — Вы же хвастались, что у вас везде кредит, — раздраженно говорит профессор писателю.

   — Да! — с вызовом отвечает тот. — везде! А здесь нет.

   Проводник высыпает на стол несколько мелких монет пополам с мусором, двигает монетки пальцем, пересчитывая.

   — Вот, — говорит он, — на две кружки еще хватит. Живем.

   В этот момент у столика появляется кельнер, ловко расставляет перед ними полные, с шапками пены кружки и забирает кружки с опивками. Глядя на него, проводник с извиняющимся видом стучит грязным ногтем по жалкой кучке монет. Кельнер делает успокаивающий жест и исчезает.

   — Мой читатель! — объявляет писатель значительно. — узнал!

   Проводник и профессор смотрят на него — на его небритую грязную физиономию, на огромный синяк вокруг правого глаза, на окровавленную тряпку, съехавшую на лоб, — смотрят а потом, не говоря ни слова, надолго припадают к своим кружкам.

   — Нет, — говорит проводник. — это не выпивка, ребята. Я сейчас жене позвоню, у нее десятка оставалась. Пусть принесет.

   Писатель удерживает его за рукав.

   — Какая там десятка? Да я сейчас в любую редакцию позвоню…

   Проводник отстраняет его.

   — Уймись… Я угощаю, а не ты. Сиди.

   Он подходит к автомату, набирает номер, и в этот момент видит через окно жену, которая идет в сторону кафе. Он вешает трубку и возвращается к столику.

   Она подходит к столику и говорит мужу:

   — Ну, что ты здесь сидишь? Пошли!

   — Сейчас, — говорит он. — ты присядь. Присядь с нами, ты что, торопишся?

   Она охотно садится, берет его за руку и обводит взглядом писателя и профессора.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13


Похожие публикации -
  • АРКАДИЙ СТРУГАЦКИЙ…
  • Зона
  • УМЕР АРКАДИЙ СТРУГАЦКИЙ…
  • Липецкий писатель стал лауреатом премии Братьев Стругацких
  • Российская писательница-фантаст Ольга Захаровна Жакова
  • Оставить комментарий