Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

Лиола

ЛИОЛА   Луиджи Пиранделло.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Нико Скиллачи, по прозвищу Лиола.
Дядюшка Симоне  Палумбо. .
Тетушка Кроче Адзара, его двоюродная сестра.
Туцца, дочь тетушки Кроче.
Мита,  молодая  жена  дядюшки  Симоне.
Кармина, по прозвищу Щеголиха.
Джеза, тетушка Миты.
Тетушка Нимфа, мать Лиола.
Три молодые крестьянки:  Чуцца, Луцца, Нела.
Три    маленькие    сына    Лиола:    Тинино,    Каликьо, П а л л и н о.
Другие мужчины и женщины селения.

Действие происходит в наши дни в селении Агридженто.
Время действия  пьес, включенных  в  сборник,  900-е годы.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Навес, соединяющий дом, лавку, хлев и сарай, принадлежащие тетушке Кроче Адзара.  В глубине  сцены — участок, где  растут маслины,  миндаль и  фиги.  Справа,  под навесом — дверь жилого дома,  каменная  скамья  и большая  печь.   Слева — двери  лавки, окно сарая и еще одно окно с железной решеткой. В стену вдела­ны кольца, к которым привязывают скотину. На дворе сентябрь — время,  когда  колют  миндаль. На двух скамейках, в углу, сидят Туцца, Мита, тетушка Джеза, Кармина-Щеголиха, Луцца,  Чуцца  и Нела. По­ложив  на  колени  камень,  они  колют  миндаль  другим  камнем, поменьше.  Дядюшка  Симоне,  сидя  на  большой  перевернутой корзине, присматривает за ними. Тетушка Кроче ходит туда и сюда. На земле — мешки, корзины, скорлупки миндаля. Жен­щины поют «Страсти Христовы».

Xop.
«А Мария, за стеною услыхав удары плети,
обратилась к ним с мольбою:
«Слабоват он, пожалейте!»

Тетушка Кроче (выходит из лавки с корзиной миндаля). Ну, ну живее! К концу подходит! С божьей помощью, на этот год начистили.
Чуцца. Дайте мне, тетушка Кроче!
Луцца. Мне!
Нела. Мне!
Тетушка Кроче. Поспешите — успеете к вечер­ней мессе.
Чуцца. Ах, да! Еще в церковь!..
Нела. Сперва в село сбегать…
Л у ц ц а. И одеться…
Джеза. Непременно вам надо наряжаться, чтобы слушать святую мессу?
Нела. В церковь идем, не в хлев!
Чуц ц а. Управлюсь — побегу, как есть.
Тетушка Кроче. Эй, мастерицы, будет вам бол­тать, время теряете!
Луцца. Ну, давайте петь, давайте петь!
Колют   миндаль,   поют.
Хор.
«Проводи к нему, Джованни! Как же ты дойдешь, Мария?»
Дядюшка Симоне (прерывая пение). Ладно, хва­тит вам петь эти страсти! Того и гляди, голова лопнет! Колите да помалкивайте.
Луцца. Сами ведь знаете, принято петь за работой!
Нела. Вот ворчун старый!
Джеза. Подумали бы, как мы из-за вас душу губим, в святой день работаем!
Дядюшка Симоне. Из-за меня? Из-за тетушки Кроче, хотите вы сказать.
Тетушка Кроче. Ах вон что? Вот тебе и на! Три дня мне покою не даете с этим миндалем! Как будто бог знает что случится, если я нечищеный дам.
Дядюшка Симоне (насмешливо и ворчливо). А как же? Я ведь с этого живу!
Щеголиха. Дядюшка Симоне, а помните, вы обе­щали нам поднести, когда работу закончим?
Тетушка Кроче. Обещал. Был уговор. Вы уж не беспокойтесь.
Дядюшка Симоне. Какой такой уговор, сестри­ца? Это за четыре скорлупки? Да вы всерьез?
Тетушка Кроче. Ах вот вы как? Заставили меня женщин в святой день позвать, а теперь — на попятный? Нет уж, братец, со мной такие штуки не пройдут! (Обо­рачивается  к Мите.) А ну, Мита, принеси-ка кружку хо­рошую, и выпьем за здоровье и процветание твоего суп­руга!
Женщины хлопают в ладоши, радостно кричат.

Дядюшка Симоне. Спасибо, сестрица! Вижу, у вас и впрямь сердце доброе.
Тетушка  Кроче (Мите). Что ж не идешь?
Мита. Так ведь он не приказал…
Тетушка Кроче. А тебе непременно надо, чтобы он приказал? Ты что —сама не хозяйка?
Мита. Нет, тетушка Кроче, он хозяин.
Дядюшка Симоне. Да, если я на будущий год куплю на корню миндаль или что другое — можете мне глаза вырвать!..
Чуцца. Сейчас о том годе думать!
Луц ц а. Как будто не знаете, как с миндалем всегда подучается!
Нела. Один год — в цене, другой — даром не берут!
Дядюшка Симоне. Ха, миндаль! Если б один миндаль! Виноград весь попортился! Полюбуйтесь — все оливы сгорели, смотреть больно!
Щеголиха. Господи, подумать    только, такой   бо­гач — и ворчит! Вы прикинули на глазок, и вышла у вас ошибка. Вам убыток, а сестрице вашей вдовой и племян­нице-сиротке — прибыль. Так и выйдет одно на одно.
Чуцца. Деньги в семье останутся…
Луцца. Может, хотите свое богатство в могилу унести?
Щеголиха. Вот были бы дети…    Ой, что это я!.. (Быстро зажимает рукой рот.)

Остальные   женщины    оцепенели.   Дядюшка   Симоне   испепеляет ее взглядом;  затем срывает гнев на жене.

Дядюшка Симоне. Пошла, пошла, дармоедка! А ну, пошла отсюда!
Мита, подавлена, не двигается. Он яростно ее трясет.
Видишь? Видишь, какой от тебя прок? Позор один! По­шла домой! Чтоб твоего духу здесь не было! А то — богом  клянусь — такого наделаю!..
Мита уходит, рыдая. Дядюшка Симоне, пихнув ногой корзину, на которой сидел, идет в дом.
Тетушка Кроче (Щеголихе). Ах ты господи, святая мадонна! Не могли язычок придержать!
Щеголиха. Прямо изо рта вырвалось!
Чуцца (простодушно). А разве это дурно, когда у мужчины нету детей?
Тетушка Кроче. Помолчи-ка лучше! Не для де­виц этот разговор!
Луцца. Правда, что тут плохого?
Нела. Значит, бог не пожелал ему детей дать.
Луцца. А чего он на жену сердится?
Тетушка Кроче. Отстанете вы или нет? Работа­ли бы лучше?
Чуцца. Да мы все покололи, тетушка Кроче.
Тетушка Кроче. Ну и отправляйтесь по своим делам.
Девушки встают; подходят к Туцце, которая работает молча, и уг­рюмо. Пытаются с ней заговорить, но Туцца отворачивается. Тог­да они по  очереди подкрадываются  к старшим, подслушивают, потом передают подругам то, что услышали, смеются.
Тетушка Кроче. Ох, милые вы мои, распухла у меня голова. Братец-то целый день торчит. И все про одно, про то же…
Щеголиха. Все про ребенка?
Джеза. Сколько ни плачь, ребенка от того не будет!
Тетушка Кроче. Нет, чего зря говорить — горюет он из-за хозяйства. Такое хозяйство хорошее, и все чужим достанется.
Щеголиха. Пускай погорюет, тетушка Кроче! Ему слезы — вам смех.
Тетушка Кроче. Это вы про наследство? Да нет, куда там! У него таких родственников, как мы,— что во­лос на голове.
Щеголиха. Ну хоть что-нибудь да перепадет! Жаль мне вашу племянницу, тетушка Джеза, однако — ничего не поделаешь! Такой закон. Нету детей — имущество су­пруга…
Джеза (перебивает). Ну его к дьяволу со всем его имуществом! Что ж ей, бедняжке, помирать из-за этого наследства? Вот уж, поистине, не дал бог счастья! Мате­ри своей и не видала, отец умер, когда ей три года стук­нуло… Один бог знает, как я ее вырастила!.. И заступить­ся некому! Был бы у нее хоть брат — не посмел бы старик так над ней измываться! Только что ногами не топ­чет, сами видели! (Плачет.)
Щеголиха. Верно, бедная Мита! А четыре года назад — кто бы мог сказать? Думали, счастье ей привали­ло, когда Симоне Палумбо к ней посватался.
Тетушка Кроче. Это как же, по-вашему? Плох он для нее, что ли? Конечно, Мита — девушка хорошая, ничего не скажешь. Однако, думаю, ей и не снилось за моего братца выйти.

рулетки кс го


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11


Похожие публикации:
  • Пионовый фонарь
  • Огненный цикл

  • Новое на сайте:

    Оставить комментарий