Почитать:

Айсберг Тауматы

Без оружия

В стране водяных

Второе Средиземье

Пепел бикини
Пепел бикини 2

Сокращённый пепел бикини

День Триффидов
День Триффидов 2

Звери у двери

Жук в муравейнике

Летающие кочевники

Машина желаний

Мир иной

Бататовая каша

Ковролин

Огненный цикл

Пионовый фонарь

При попытке к бегству

Саргассы в космосе

Семейные дела

Совсем как человек

Трудно быть рэбой

Старые капитаны

Хорек в мышеловке
Хорек в мышеловке 2

Христолюди

Четвертый ледниковый период

Экспедиция тяготение

Экспедиция на север

Частные предположения

Мы живем хорошо!

За стеной

Камни у моря

Тройка семёрка туз

Детская

Психтеатр

А и Б

Живые трупы

Лиола

Диктаторы и уроды

Император Иван

Старый обычай

Продавец органов

Пальто из пони

8 комедий


RSS

Частные предположения

Известно, что чем меньше скорость звездолета отличается от скорости света, тем медленнее течет в звездолете время, подчиняясь законам теории тяготения. Но этот закон тем справедливее, чем меньше ускорение звездолета и чем короче время работы двигателя. Если же при околосветовых скоростях звездолет идет с двигателем, работающим непрерывно, если ускорения при этом достаточно велики, если у светового барьера создаются перепады ускорений, тогда… Трудно сказать, что получится тогда. Современный математический аппарат бессилен дать общие результаты. Однако при некоторых частных предположениях теория тяготения не исключает возможности явлений иного порядка. Время в звездолете ускорит свое течение. Десятки лет пройдут на корабле, и только месяцы — на Земле. («Муромец» — первый в мире прямоточный фотонный корабль. На нем можно поставить этот эксперимент.) Правда, это невыносимо трудно. Это потребует годы полета с чудовищными перегрузками — в пять-семь раз…- Фантастика, — сказал Артур. — Он снова вздохнул.- Не так, — сказал Порта. — Не совсем. Я очень рассчитывал на Порта. Он был биолог, но знал, по-моему, все, кроме дескриптивной лингвистики.
— Я слышал об этом, — сказал он. — Но это — теория. И это… — он неопределенно пошевелил пальцами. Но это была не только теория. Три года назад я испытывал «Муромца» в зоне АСП. Я сорок дней просидел в амортизаторе, ведя звездолет с ускорением в 4 «g». Когда я вернулся, оказалось, что бортовой хронометр ушел на четырнадцать секунд вперед. Я провел в пространстве на четырнадцать секунд дольше, чем это зафиксировали земные часы. Я рассказал про свой эксперимент.
— О, — сказал Порта. — Это хорошо.
— Но это должны быть лютые перегрузки, — сказал я. Об этом надо было предупредить непременно, хотя в состав экспедиции я отобрал только опытных межпланетников, хорошо переносящих удвоенную и даже утроенную тяжесть.
— Какие? — спросил Ларри.
— Раз в пять. Или в семь.
— О, — сказал Порта. — Это плохо.
— Значит, я буду весить полтонны, — сказал Ларсен и захохотал так, что все вздрогнули.
— А Совет знает? — осведомился Сабуро. Он обладал большим чувством ответственности.
— Они не верят, что из этого что-нибудь получится, -сказал Сергей.- Но они разрешили, если вы согласитесь, конечно.- Я тоже не верю, — сказал Артур очень громко. — Перегрузки, частные предположения. Как вы создадите эти самые частные предположения?
Они разом заспорили, и я ушел в рубку. Конечно же, они не испугались перегрузок, хотя все отлично шали, что это такое. Они все согласились, возражал только Артур, которому ужасно хотелось, чтобы его убедили. Через полчаса они все пришли в рубку.
— Надо действовать, капитан, — сказал Ларри.
— Мы вернемся домой, — сказал Артур. — Домой. Не просто на Землю, но домой.
— Даже если у нас не получится, — сказал Сабуро, — опыт сделать необходимо.
— Правда, пятикратные перегрузки… — Порта пошевелил пальцами.
— Да, пятикратные, — сказал я. — И даже семикратные. И не на день и не на неделю. Если выдержим.
Это было так тяжело, что иногда казалось, что мы не выдержим. Первые месяцы я медленно наращивал ускорение. Микими и Завьялов составили программу для кибернетического управления, и ускорение автоматически увеличивалось на один процент в сутки. Я надеялся, что мы сумеем хотя бы немного привыкнуть. Это оказалось невозможным. Мы вынуждены были отказаться от твердой пищи и питались бульонами и соками. Через сто дней наш вес увеличился в три раза, через сто сорок — в четыре. Мы неподвижно лежали в гамаках и молчали, потому что трудно было разговаривать. Через сто шестьдесят дней ускорение достигло 5 «g». Только Сабуро Микими к тому времени мог пройти от кают-компании до рубки, не потеряв при этом сознания. Не помогали амортизаторы, не помогал даже анабиоз. Попытка применить анабиотический сон в условиях такой перегрузки провалилась. Порта мучился больше всех, но когда мы уложили его в «саркофаг», он никак не мог заснуть. На него было страшно смотреть. На любого из нас было страшно смотреть. Мы лежали перед «саркофагом» и глядели на Порта.
— Хватит, Валя, — сказал Сережа.
— Мы поползли в рубку. Там стоял — стоял! — Сабуро с отвисшей челюстью.
— Хватит, Сабуро, — сказал я. Сережа попробовал встать, но снова припал щекой к полу.- Хватит, — сказал он. — Порта плохо. Он может умереть. Выключай реактор, Сабуро.- До троекратного, — сказал я.
Сабуро, еле шевеля пальцами, царапал ногтями по пульту. И стало легко. Удивительно легко.
— Троекратное, — сказал Сабуро и сел рядом с нами на мягкий пол. Мы полежали, привыкая, затем поднялись и пошли в кают-компанию. Нам было гораздо легче, но скоро мы переглянулись и снова встали на четвереньки.
Шло время. Собственная скорость* «Муромца» перевалила за световую и продолжала увеличиваться на тридцать два метра в секунду. Нам было очень тяжело. Я думаю, никто по-настоящему не верил в успех опыта. Зато каждый понимал, к каким последствиям может привести успех. И Ларри Ларсен, сопя и отдуваясь, мечтал за срок одной только жизни обежать всю вселенную и подарить ее людям.
* Собственная скорость — скорость, вычисленная по расстояниям, измеренным неподвижным наблюдателем (например, земным), и по промежуткам времени, измеренным по часам движущейся ракеты Определенная таким образом скорость, естественно, может превышать скорость света.
Порта стало лучше, он много читал и усиленно занимался теорией тяготения. Время от времени мы укладывали его на несколько недель в «саркофаг», но это ему не нравилось: он не желал терять времени. Ларри и Артур вели астрономические наблюдения, Сергей, Сабуро и я стояли на вахте. В промежутках между вахтами мы рассчитывали ход времени в ускоренно движущихся системах при различных частных предположениях. Ларри заставлял нас заниматься гимнастикой, и к концу года я уже мог без особого труда подтянуть на перекладине свои два центнера.
Между тем Тайя все ярче разгоралась в перекрестии нитей курсового телескопа. Тайя была целью первых трех звездных. Она была одной из ближайших к Солнцу звезд, у которых давно уже были отмечены неравенства в движении. Считалось, что Тайя может иметь планетную систему. Перед нами к Тайе ушел Быков на «Луче» и Горбовский на «Териэле». Быков через каждые пятьдесят тысяч астрономических единиц сбрасывал мощные радиобакены. Новая трасса должна была быть отмеченной шестнадцатью такими радиобакенами, но мы уловили сигналы только семи. Может быть, бакены погибли или мы сбились с трассы, но скорее всего мы просто обогнали Быкова. Бакены были оборудованы воспринимающим устройством, работающим на определенной частоте. Можно было оставить запись для тех, кто пойдет вслед. Один из бакенов в ответ на наш вызов просигналил: «Был здесь. Четвертый локальный год. Горбовский». Совершенно невозможно сказать, за сколько лет до нас он проходил.


Страницы: 1 2 3 4 5


Похожие публикации -
  • Отель «У подвыпившего криминалиста»
  • «В ОКНА СОННЫЕ ЛУНА ЛЬЁТ СИНИЙ СВЕТ…»
  • Сталкер
  • Референт: Мемуар
  • Суета вокруг ковчега
  • Оставить комментарий